Песня о соколе
воритов да бессменные “Незнайка на Луне” с “Пикником на обочине”. А когда?то всю правую стену занимали набитые до потолка стеллажи. Однажды, мы только из Парижа вернулись, Виталий все книги соседней школе подарил. Директриса каждый день названивала: “Ах, какое благородство! Мы про вас в газету напишем. Как же вы так – целую библиотеку отдаете?” Ну, он ей и ответил: “Отстань, тетка, мне эта писанина на хрен не нужна. Все. Начитался”.
Светочка вышла, осторожно прикрыв за собой дверь кабинета. Тут как раз поступило новое распоряжение шефа: к семи часам растопить камин и заказать из ресторана ужин. (Куда ж это мы за два часа успеем смотаться?)
– Виталик, а что заказывать?
– Овощи. Что?нибудь морское, на твой вкус, но без экзотики. Вина не надо, я сам куплю.
– Хорошо, милый.
– Не напрягайся, беби, на “пятерку” по поведению все равно не тянешь.
Виновата, шеф, что поделаешь, если из подруг у меня теперь осталась только ирония. И почему это, интересно, американцы могут поминутно называть друг друга “hohey” (что буквально означает “медовый”), а у нас обращение “милый” уже давно стало признаком дурного тона? Мы можем жестоко осудить пожилую даму, расплакавшуюся при просмотре “Санта?Барбары”, но сами распустим сопли и слюни при виде здоровенного бандюгана с котенком на руках. Сплошное лицемерие.
День разваливался на рыхлые куски. Не поспала, не отдохнула. Гарден на прогулке несколько раз удивленно оборачивался: чего это ты? Не поговоришь со мной, не побегаешь? Вернулся домой обиженный, с порога прошел в спальню грязными лапами, за что и был наказан. Так и дулись друг на друга, сидя в разных комнатах. Пес прав: что это со мной? Решила немного взбодриться, заползла на тренажер – ногу свело. Хоть кричи. Пролежала в задумчивости на ковре, пока взгляд нечаянно не упал на часы. Дьявол! Без четверти пять! Вот тут?то и начались прыжки и гримасы. Что там осталось от порядка, наведенного утром Эммой Петровной! Самум и ураган! Что надевать? Как краситься? Лицо в зеркале, похоже, было категорически против любого вмешательства: оно расползалось в разные стороны, хмурилось и морщилось. Шторы в спальне не раскрывали с утра – вечные сумерки, – пришлось опять перерыть весь шкаф, и в результате к бледно?фиолетовому платью надела колготки не в тон.
Виталий – человек патологической точности – без трех секунд пять стоял в дверях, выжидательно наклонив голову. Взгляд его, без перевода, означал: “Старина, ты устала, сердишься, полдня пробездельничала, ожидая меня, а потому не права, хоть и молодец по жизни”. Светочка за это время перебрала все мыслимые варианты развлечений и поощрений, но ничего не придумала. На удивление, всего после трех?четырех минут езды машина завернула в небольшой переулок перед парком. Вот тут?то все возраставшее Светочкино недоумение начало сменяться подозрением. В этом районе не было НИКАКИХ злачных мест, да и вообще жилья. Огромную площадь занимал какой?то медицинский институт. А сразу за ним, до Невы и дальше, пл
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52