Песня о соколе
ожешь? Вот.
Саша глянул на часы. Прошло тридцать минут. Загребая ногами листья, он побрел по парку. Ну, ладно, а с другой стороны, как ты такую королеву поставишь борщ варить? Во?от. О любви и о женщинах Саша мог думать часами. И это несмотря на то, что у него к тридцати трем годам был вполне стандартный любовный опыт. Что это значит? Пара десятков плохих и неплохих книг, сотни просмотренных в рейсах видеокассет, самая обычная любовь в десятом классе (не со Светой, с ее подружкой), дачный роман и короткая, но бурная семейная жизнь. Ох, вру, были приключения. А все Андрюха виноват, бывший второй механик. Сидели как?то вечером в кают?компании, “Основной инстинкт” смотрели, пиво пили. Ну и водочку тоже. Обсуждение потом было. Андрюха все свою теорию толкал: “Представляешь, сидит компания, народу много, почти незнакомые все. Напротив – девушка. И вот ты смотришь на нее, она – на тебя. И вдруг между вами – как вспышка! И вы тут же выходите вместе, ты рвешь на ней колготки, прижимаешь к стене, а она стонет тебе в ухо и впивается ногтями в спину...” И так красиво, гад, расписывает!
Ну вот, а потом, вскорости, и день рождения чей?то подвернулся. Попробовал Саша, прижав к стене (даже и не очень упитанную красотку), повторить действия голливудских монстров. И не хлюпик вроде, штангой занимался, но понял тогда Саша, как велика пропасть между жизнью и искусством. Потому что никакого удовольствия не получают друг от друга люди, озабоченные только тем, чтобы не упасть. И вообще, такие штуки, как правило, не проходят. У буржуев как? Тусовка человек на пятьдесят?семьдесят, домина комнат в десять, бассейн там, сад... Коли уж искра, как говорится, проскочила, приличным людям есть куда податься. А у нас? В лучшем случае – отдельная, метров тридцать, в худшем – комната в общаге. Лестницы грязные, в ванну постоянно кто?то рвется, кладовка уже занята. Пошлые, конечно, рассуждения, но вопрос как стоял? Что делать, если вдруг эта самая вспышка?
Разбередила ему душу Света своим появлением. А вот мужик ее, с одной стороны, и не запомнился совсем. А с другой... Очень неприятный тип. И не в зависти тут дело. Сам по себе нехороший. Ну, как... как змея: ползет, никого не трогает, а смотреть на нее гадко. С Игорем Валерьевичем Поплавским разговор не получился. Что называется: игра на чужом поле. Больница, Нейроцентр, в чужих мозгах люди копаются. Вышел такой деловой, в белом халате, глаза равнодушные. Точно, из этих, “умников”, которые еще в школе вначале дадут контрольную списать, а потом месяц смотрят на тебя, как на пустое место.
– Я искренне соболезную вам, – сказал, – Оксана Сергеевна была моим большим другом. Сообщите, пожалуйста, когда и где будут похороны. Со своей стороны... Жизнь сейчас трудная. Вот, возьмите, – и двести долларов подает. Саша растерялся и деньги взял.
Только потом, когда уже вышел на улицу, сообразил: этот Поплавский, он же не знал, что я приду. Что же они тут, всегда такие деньги в карманах таскают?
ИНТЕРЛЮДИЯ VII
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52