О вреде философии
м
парка, увозя так и оставшегося безымянным врача. Оксана Сергеевна Людецкая
осталась сидеть на берегу пруда. Привычные к угощению утки несколько раз
подплывали к берегу, ожидая булки. Их совершенно не интересовало, каким уже
отлетевшим в небытие мыслям улыбается мертвая женщина.
ОБЪЕКТ 3-0170.
ТУЗЕМНОЕ НАЗВАНИЕ «ДРЯГИН ВАЛЕРИЙ ИРБИСОВИЧ».
БАЗОВАЯ ЛИНИЯ.
МОМЕНТ ВРЕМЕНИ — 2 ОКТЯБРЯ 1995 ГОДА, 8.38.
— Валера, блин, что за формализм? — Леня Свирченко стоял, опершись
о стол и нависая над лейтенантом Дрягиным всей своей сотней кило накачанных
мышц, упакованных в серую милицейскую форму. Из Лени получилась бы неплохая
реклама «Сникерсу», если только приодеть соответствующе. — «Скорая» когда
прозвонилась? Семь сорок пять, правильно? Моих всего четверть часа остались.
Ну, подумай, если мне сейчас на труп ехать, наверняка к Людке опоздаю... Опять
скандал... И все из-за тебя, питекантропа... Валер, дело-то пустяковое —
документы есть, насилия явно никакого... Родственникам сообщили... Бабульке
девяносто лет. Гуляла, присела на скамейку, ну, и дала дуба...
ОБЪЕКТ 3-0004.
ТУЗЕМНОЕ НАЗВАНИЕ «САМОЙЛОВ АЛЕКСАНДР ЮРЬЕВИЧ».
БАЗОВАЯ ЛИНИЯ.
2 ОКТЯБРЯ 1995 ГОДА, 12.34.
Саша ехал домой. Вытянув ноги между двух корзин с дачными дарами,
он сперва попытался поразгадывать кроссворд, но утро понедельника и рывки
электрички совершенно не располагали ни к мыслям, ни к писанию. «Хорошо, что не
взял цветов», — рассеянно порадовался Саша. Дарья Николаевна, бывшая теща,
долго и настойчиво ходила за ним по участку, предлагая нарезать гладиолусов.
Толпа, вывалившаяся из электрички, быстро заполняла вагоны метро, привычно
пихаясь корзинами и тележками. Чей-то лохматый букет шмякнуло-таки дверями, и
под негодующие крики старушки поезд тронулся. Саша решил немного переждать и
отошел в сторонку. В последнее время ему очень нравилось, стоя у первого
вагона, смотреть на экран телевизора в начале платформы. Немного полюбовавшись
своей спортивной фигурой, он отвлекся на крупную даму в спортивном костюме.
Мадам с каменным лицом запихивала в сумку абрикосового пуделя. Надпись на ее
черной необъятной футболке гласила по-английски: «Я убила Дороти Кляйн».
«Правильно, тетка, — подумал Саша, — чего с этой Дороти
церемониться?»
— На прибывающий поезд посадки нет, отойдите от края платформы, —
казенно забубнило в уши.
На экране хорошо было видно, как послушно отступил народ. Логичный
окружающий мир вдруг покачнулся и стремительно куда-то ухнул, потому что
совершенно трезвый, здравомыслящий человек, Александр Юрьевич Самойлов,
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53