О вреде философии
реть на меня даже с некоторым
уважением.
Началось все, как всегда, после обеда. После обеда у нашего ВД
всегда самое энергичное и деятельное настроение. Именно после обеда ему всегда
хочется, как говорится, то ли цветов и музыки, то ли зарезать кого... Ну, с
цветами и музыкой у нас не очень... А вот зарезать — это всегда пожалуйста!
Вначале, как только из-за стола встали, ВД, как всегда, предложил
на экскурсию сходить. Это он у нас — жу-ут-кий любитель всяких походов и
поездок, особенно в познавательных целях. А выбор в тот день был такой: Музей
Женских Запахов (нас с Саней передернуло, и мы быстро отказались) или завод по
производству хлорной извести (во развлеченьице, да?). Я сказал: что-то неохота
никуда идти... ВД немного надулся, но тут же придумал себе занятие.
И вот ты знаешь, я ведь никогда не считал себя каким-то там крутым
правозащитником... Ну, то есть слабого, конечно, в обиду не давал, но и на
рожон особо не лез... Да и слуги эти его бритые, — бьет он их или еще как
измывается, — мне абсолютно по фигу. Но! Вот в этот раз почему-то не выдержал.
ВД еще с утра тусовался туда-сюда с банкой лака. Типа мебельного.
Только сохнет очень быстро, просто моментально. Вот он к вечеру и надумал, гад:
слугам своим морды эти лаком мазать. Да не просто мазать, а еще и перед этим
заставлял их рожи всякие корчить. Вот скроит лысый на лице что-нибудь, а ВД тут
же лаком — мазь, мазь! Так и засыхает. И главное, мажет прямо по глазам, по
губам... И вонючий этот лак еще... Я как представил, что это он мне сейчас этим
лаком в рот... А может, упоминание Музея Женских Запахов на меня так
подействовало? Короче говоря, не выдержал. Взорвался.
— Ты чего, — говорю, — гад, над людьми издеваешься?
От такого вопроса у ВД аж кисточка из рук выпала. Для него это все
равно что спросить: почему ты еду в рот кладешь да зубами жуешь?
— А что ж с ними еще делать?
Он даже растерялся. Но, правда, ненадолго. Через десять секунд
ка-ак заорет! Эх, жаль, были бы ноги — затопал. Как он только меня не
обзывал... Ну, и я тоже не смолчал. Никогда за собой скандальных способностей
не замечал. А тут, гляди ты, раскрылись... Стоп. Это я к чему? Не к ругани же
нашей безобразной? А! Вот к чему. Весь наш разговор на повышенных тонах как раз
и подошел к главному вопросу: идем мы, черт побери, в этот Квадрат или нет?
Будем мы сыновний долг выполнять или нет? Опять-таки — черт побери!
И тут я в горячке, не посоветовавшись с Санькой, как брякну:
— Идем, — говорю, — прямо завтра и выходим! Вот так.
На следующее утро.
Завтрак. Все чинно хрумкают овсянку. Света бросает сильные, но
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53