О вреде философии
адо заметить, ребята они весьма шустрые!
Пока мы вертели головой и запихивались в тоннель, Светы там и дух простыл. А
главная сложность заключалась в том, что метров через десять — пятнадцать
тоннель этот привел нас в низкое круглое помещение с несколькими дырами в
стене. То есть мы уже потом все это разглядели. Когда вернулись туда с фонарем
и веревками. А вначале мы просто остервенело ползли, отплевываясь от грязи,
каждые пять секунд орали: «Света!», прислушивались, не отзовется ли, и снова
ползли, пока не сообразили, что таким образом можно о-очень далеко уйти.
Увидев, как облепленный грязью Саня вылезает из ямы, ВД от
неожиданности чуть сам туда не свалился. Идея захватить с собой фонарь, между
прочим, принадлежала их сиятельству. И фонарь был специальный, изготовленный на
заказ, для ночных прогулок ВД. В удобном, похожем на прозрачную фляжку,
контейнере резвились мелкие черные букашки, что-то вроде наших светлячков.
Оказавшись в темноте, букашки начинали светиться приятным желтым светом.
Единственное неудобство: они постоянно норовили заснуть. Поэтому каждые пять
минут фляжку приходилось энергично встряхивать.
... У меня нет сил не то чтобы материться, а, кажется, даже дышать.
По-моему, мы обшарили километров сто этих гнусных лабиринтов, не найдя ровным
счетом ничего! Этого не может быть, повторяю я как заведенный, просто не может
быть... Не может взрослый человек вот так бесследно исчезнуть за несколько
минут! Саня, пристаю я к Двоечнику в тысячный раз, что они могут ей сделать?
Саня в тысячный раз отвечает, что не знает, не знает, не знает... про этих
Термитов вообще почти ничего не известно. К ним никто не приставал, и они
никого не трогали... Да, тронули, тронули уже! Кажется, я кричу вслух... Мы
возвращаемся.
Потом мы сидим с ВД на краю проклятой ямы и молчим. Их сиятельство
умудрился в наше отсутствие разжечь костер и даже заварил чай. Темнеет.
— Надо спать, — тихо говорит ВД. Он явно не может понять, почему
его сын так убивается по пропавшей девице. Эх, папаша... Ваш сынок здесь ни при
чем. Это я страдаю. И лежу без сна, уставившись в незнакомое чернеющее небо.
Мысли бегают, и бегают, и суетятся, как покупатели в центральном универмаге. У
меня есть масса интересных, но, видимо, севершенно бесполезных наблюдений.
Например, о глубине. Все эти ходы расположены довольно близко к поверхности. И
во время наших с Саней ползаний по термитному лабиринту я не заметил
сколько-нибудь заметного уклона вниз. Потом еще — ширина ходов. Нет, чтобы
развернуться, нужны, конечно, некоторые акробатические навыки, но пролезал я
там запросто. Из странностей: почему Света не звала на помощь? Она ведь даже не
вскрикн
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53