Каин и Артем
— Тогда — какого черта... — начал было Стармех, но поперхнулся и
замолчал. Ясно какого. Стрельцы-весельцы, стрельчаки-весельчаки. Лежи вот
теперь и думай, чего тебе лучше: ржавчиной задыхаться снаружи или
муравьев-болтунов здесь поджидать...
Кувалда забормотал, судя по тону, что-то ободряющее.
— Чего?!
— Говорит, нет их здесь сейчас, миграция у них!
— Чего?!
— Ушли, говорит, на хрен, отсюда!
Ффу-у... Слава Богу, хоть здесь повезло немного.
— Дим, как там на улице?
Не, честное слово, орут, как на базаре.
— Да вроде нормально! Сейчас посмотрю! Ага! Вылезайте!
Рыжее облако слегка припорошило листья, поэтому казалось, что, пока
мы валялись под березами, здесь уже наступила осень. Ладно, повеселились, можно
и дальше топать.
И топать, и топать, и топать... До чего однообразная местность — не
на чем взгляд остановить. Чего-то я и не припомню по карте, чтобы здесь так
долго идти...
Кувалда наконец нашел злополучный проход, куда все облегченно и
свернули. Дорожка была широкая, утоптанная, словно аллея в парке. Нет, сюда мы
как-то ни разу не доходили. У нас всегда маршруты севернее лежали. Так и что
удивительного? Каким идиотом надо быть, чтобы по РАВНИНЕ прогуливаться?
Кувалда, правда, рубаху на пузе рвал — клялся, что саунд-волны сейчас — жуткая
редкость, а здесь о них и слыхом не слыхивали... Ничего каламбурчик, да?
Пурген догнал Саню, ткнул локтем в бок:
— Слышь? Поют.
Я бы, конечно, пением эти звуки назвал с большой натяжкой. Так,
мычание. Но, учитывая низкую музыкальную грамотность местного населения,
явление, безусловно, необычное.
Впереди остановились, и Саня услышал довольный голос Гризли:
— Это, ить дошли... Цветник это...
Местность здесь совершенно незаметно понижалась, образуя нечто
вроде а-агромадного блюдца, метров пятьсот в диаметре. И вот теперь представь,
что в это самое блюдце набросали мелко нашинкованную радугу, пардон за пошлое
сравнение, ничего умнее в голову не пришло.
Это и был знаменитый и совершенно незнакомый нам Цветник.
А начали мы знакомство с жуткого конфуза Цукоши.
Совсем рядом с дорожкой начинались заросли неизвестного растения,
на ветках которого, трогательно поддерживаемых палочками-рогульками, висела
клубника величиной с футбольный мяч. Обжора Азмун и здесь не смог подавить зов
вечно голодного брюха. Он сорвал с ветки ближайшую ягоду и с хлюпаньем засунул
в нее довольное лицо.
Тут же выронил ягоду и согнулся пополам.
Его вырвало.
От
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53