Каин и Артем
а воспоминание о вчерашнем «коктейле», основным ингредиентом которого
была омерзительная «баночная» водка с глумливым именем «Аврора». Смутно
припоминались какие-то немытые люди, рассуждавшие в ночи о Шопенгауэре; злой
таксист, отказавшийся перепрыгивать разводящийся Тучков, кажется, мост; веселые
молодые барышни в шортах и почему-то в высоких шнурованных ботинках военного
образца. Да, да, да, была еще сильная ссора с вахтершей, которая не хотела
пускать в общагу всех новых Сашиных друзей..
Таракан остановился и задумался. Саша опустил руку под кровать,
пытаясь нащупать ботинок, и тут только обнаружил, что лежит не только одетый,
но и обутый. Таракан заметил движение, почуял опасность и припустился что было
мочи к шкафу. Нет на свете более наглых и в то же время более чутких существ,
чем отечественные общажные тараканы... «Хрен с тобой, — подумал Саша, — обои
жалко пачкать».
Внутри все ныло и болело. Как физически, так и морально.
Господи, как же это все-таки по-русски, и как же это все-таки пошло
— топить горе в вине!..
Господи, да какой же идиот придумал такие обои?! Еще в девятом,
помнится, классе, когда проходили так и не понятую Сашей тусовку «Трех сестер»
Чехова, учительница специально тыкала их носом: смотрите, ремарка: «Входит
Наташа. На ней розовое платье с зеленым поясом». И трагически умолкала, давая
возможность прыщавым оболтусам-девятиклассникам самим постичь всю глубину
пошлости такого сочетания.
Обои были розовые в зеленую клетку.
Саша, кряхтя, слез с кровати и поплелся на вахту — звонить Маше.
Проклятые сорок ступенек дались ему с большим трудом. Его мучили стыд и
раскаяние. Но больше всего его мучила неизвестность. Хрен его знает, чего он
наплел вчера ночью, вернувшись с Мишкиных похорон? Кого обличал, на кого
сердился? А вдруг он сгоряча наговорил Маше каких-нибудь особо обидных слов?
Ох, не хотелось бы, ох, не надо...
— Приезжай скорей! Я кислые щи на обед варю! — сказала по телефону
добрая Маша, усугубив Сашины страдания еще и стыдом за издевательство над
беззащитной женщиной.
Саша хлебнул пустого чая и вышел на улицу. В животе противно
забурчало, в голове давно шумело, перед глазами изредка проносились хвостатые,
как метеоры, яркие вспышки.
На эскалаторе пришлось изо всех сил держаться за поручень, а при
сходе с эскалатора несколько раз крепко зажмуриться, чтобы убедиться, что из
стоящей здесь урны НЕ растет дерево. Реклама в вагоне вызывала самые
неожиданные и гнусные ассоциации. Веселые жареные цыплята напоминали пациентов
ожогового отделения. От призыва «сделать ремонт со вкусом» на зубах ощутимо
заскрипел песок
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53