Зрители
раза звонила СССР по «радио» — консультировалась, к какому
классу дичи можно отнести крыс.
Особенно понравилась немцам новая сумочка Носатой из крокодиловой
кожи. Изготовители — то ли по рассеянности, то ли специально — оставили в
неприкосновенности голову крокодила. И вот на протяжении всей беседы эта милая
мордашка лежала у Татьяны на коленях, смущая сидящего напротив господина в
очках. Каждый раз, натыкаясь взглядом на оскаленную пасть, он сбивался с темы и
предлагал Петуховой карабины для охоты на бегемотов.
Когда, после часа сумбурных переговоров, Носатая наконец
удовлетворенно кивнула головой и назвала сумму заказа, один из чопорных немцев
(кажется, директор по сбыту) от нежиданности перешел на русский. Он разлил по
бокалам появившееся откуда-то шампанское и, обнаруживая свое гэдээровское
происхождение, произнес, обращаясь к Татьяне:
— Спасибо, товарищ!
После чего фирмачи, видно посчитав свою задачу на территории России
выполненной, свалили с выставки в полном составе, вместе с Татьяной, оставив на
стенде молодого человека хрупкой наружности.
Шестаков предпочел потеряться по дороге на стоянку, в то время как
шумная компания обсуждала с Петуховой, в какой ресторан ехать. Уж неизвестно,
как прошло вечернее мероприятие (а Носатая почти никогда не рассказывала о
своих делах), но в завершение истории с ружьями Шестаков лично видел, как
полезли на лоб глаза чиновника, к которому подвалила дюжина веселых мускулистых
ребят. Каждый из них держал в руках членский билет Общества рыболовов и
охотников города Кандалакша и хотел зарегистрировать охотничье ружье фирмы
«Надворетраванатраведрова, ГмбХ», калибр 5,45.
— Отличная штука! — Толик вертел в руках винтовку — Но для меня —
бесполезняк.
— Почему? — Миша шумно прихлебывал чай, наблюдая за Мухиным и
Гмызой, которые, радуясь, словно дети, разглядывали оружие.
— Да я же — зоркий сокол! Какие крысы, когда я в слона с десяти
метров не попаду!
— У тебя что — плохое зрение? — удивился Шестаков. — Впервые слышу.
Что, и очки носишь?
— Не. Валяются где-то дома. Я пару раз надел — тьфу! За ушами трут,
на нос сползают, одна морока.
— А ты поролон проложи и пластырем закрепи, — серьезно посоветовал
Витек. У Гмызы такое непредсказуемое чувство юмора, что трудно и определить,
шутит он или добрый совет дает. Толик махнул рукой:
— На фиг, будут деньги — куплю контактные линзы.
— Во-во, — гогоча, поддержал разговор Витька, — я как раз недавно
анекдот в газете прочитал, как дядька глаз в стакане выпил. Приходит к врачу, а
тот говорит...
— Отстань, Грымза, вечно всякую
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53