Зрители
— Что? — СССР нахмурился. — Да ничего вроде особенного... Я положил
трубку, пошел к себе... — Он задумался.
— Может, на месте будет легче вспомнить? Вы как, встать уже можете?
— предложил Шестаков.
— Следственный эксперимент? — понимающе выдохнула Таня.
Шестаков ответил ей такой умопомрачительной улыбкой, что Мухину
захотелось немедленно выйти из комнаты, уйти далеко-далеко, а может быть, даже
броситься под трамвай.
Толкаясь и наступая друг другу на ноги, все вывалились в коридор.
— Да говорю вам, все было, как обычно...
— Вы себя хорошо чувствовали? — на всякий случай спросил Миша.
— Да, совершенно. То есть я был рассержен, но и только... — Такой
же нескладной гурьбой все вошли в комнату Профессора. — Вот здесь я сел... нет,
вначале я разорвал газету, вот она в мусорном ведре валяется... — СССР немного
смущенно указал на ведро. — Потом с Матильдой поздоровался... Нет, вначале
надел халат... — Профессор, как сомнамбула, двигался по комнате. Внезапно он
остановился, надолго задумался и вдруг с диким криком рванулся к двери «бокса».
«Все. Съехал с катушек, — подумал Шестаков. — Сейчас в другое окно сиганет».
Но Савелий Сергеевич никуда бросаться не собирался. Он с треском
захлопнул дверь «бокса» и повернулся, став к ней спиной. Глаза его горели.
— Я все понял, — сказал он страшным голосом Отелло из последнего
акта одноименной трагедии. — Теперь у нас в руках все доказательства. —
Окружающие терпеливо ждали продолжения. — Миша! Толик! По крайней мере, один из
Мотиных крысят обладает способностью вызывать галлюцинации!!!
— Оп-па! — Шестаков сильно ударил рукой по столу — Выходит, нашу
Мотю тогда в метро не случайный самец... — От продолжения Мишу удержало
присутствие Тани.
— Вот именно! Крысята получили эту способность по наследству! Какая
удача! — Истинный ученый, Профессор уже напрочь забыл, что эта самая удача чуть
не стала причиной его прыжка с четвертого этажа. — Ну что ж, остальное, как
говорится, дело техники! — СССР все еще стоял спиной к двери «бокса». Вот он
нахмурился. — Гм, гм, гм, но две проблемы тем не менее остаются.
— Какие проблемы? — спросил Толик.
— Две, — рассеянно повторил Профессор. — Техническая и этическая.
Шестаков с Мухиным недоуменно смотрели на него. Наконец Миша
произнес, пожав плечами:
— Ну, положим, с технической — это я понимаю. Этих гаденышей нельзя
просто так в руки взять. А вот чего тут этического — не пойму.
Савелий Сергеевич повернулся и задумчиво посмотрел сквозь
стеклянную дверь на счастливую Матильду. Она безмятежно хлопотала в гнезде,
что-то поправляя, п
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53