Зрители
инула Сашу с Мишей еще одним оценивающим взглядом, словно проверяла наличие
денег, — и, словно сверкающий океанский лайнер, уплыла куда-то за занавеску.
Буквально через секунду оттуда же выпорхнула девица помельче, но тоже — в белой
блузке.
— Чего желаете? — приветливо спросила она, и Саше показалось, что
во рту у нее не хватает зубов.
— Сейчас выберем, — недовольно отозвался Саша. Его обидел уход
Клавы. Как будто они с Шестаковым не подходили ей по рангу — Вот что, девушка,
скажите, есть у вас хорошее пиво? Мы плохого не пьем.
— У нас только «Кениг». — Теперь показалось, что она еще и косит.
— И почем?
— Девять двести — кружка.
Шестаков сердито крякнул и повернулся, чтобы уйти.
— Мишка, подожди, куда ты?
— На работу, — огрызнулся тот. — Ты, если хочешь, оставайся. А
меня, лично, жаба задушит: по девять «тонн» пиво пить.
— Ладно тебе, Миха, я же угощаю! — Если честно, Саше и самому не
хотелось оставаться. Темное пиво он вообще не любил. Но уходить на глазах у
этой неприятной девицы было почему-то неудобно.
— Не хочу! Лучше у метро бутылку куплю!
— Купи, купи, не забудь, — насмешливо отозвалась девица, — не так
уж много пива тебе осталось...
Саша хотел было остановиться и переспросить, что значат эти нелепые
слова, но решил, что разбираться некогда, иначе придется бежать потом за
Шестаковым, что и вовсе выглядело глупо.
Миша удалялся от забегаловки широкими шагами. Даже по его спине
можно было догадаться, как он зол. Какая-то старушка поспешила свалить в
сторону с Мишиного пути. «Ах да, у него же еще и лицо», — вспомнил Саша. За
весь вчерашний день разговор так и не дошел до истории с лицом.
— Эй, Мишка, подожди! — крикнул Саша. — Чего ты так разозлился?
Шестаков шагов не замедлил и даже не обернулся.
— Ну и фиг с тобой! — произнес Саша вслух. — На сердитых воду
возят.
А тут еще и троллейбус повернул, как раз «двадцатка», почти до
самой общаги довозит. А в общаге пивную компанию найти — раз плюнуть.
С порога Саше в нос ударил запах обновления. Сильно пахло
штукатуркой, краской и тухловатой шпаклевкой. Будочку вахтера покрасили в
веселенький розовый цвет, и сидевшая внутри Клавдисанна, — и раньше-то не
сильно похожая на учительницу младших классов, — теперь и вовсе стала вылитой
содержательницей притона.
— У нас ремонт, Самойлов, — пропела она сладенько, словно сынка
родного увидела. «Будто не ты, старая карга, вызывала ментовку на прошлый мой
день рождения».
Отремонтированная комната совершенно преобразилас
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53