Еще поэт
на листке.
— Звони мне завтра, прямо «на трубку». Вот номер.
— Слушай, Петухова, а может, тебе и тоннелями затопленными
заняться? С твоей энергией ты любую подземную реку перекроешь.
— Посмотрим, — серьезно ответила она, — вначале с твоими крысами
разберемся.
«БМВ» лихо рванула с места и исчезла за поворотом. А Миша пошел
домой — пить крепчайший чай и соображать, сколько ему нужно видеокамер
круглосуточного слежения, винтовок, приборов ночного видения и, главное, людей,
из которых должны получиться «Выборгские крысоловы».
Глава четвертая
СССР
С момента их знакомства прошло ровно две недели.
Вечно мрачный Шестаков и любознательный Мухин прочно вошли в жизнь
Савелия Сергеевича. Уже почти все сотрудники узнавали по телефону голос Толика,
на «Политехнической» СССР проходил в метро бесплатно, а Витек Гмыза
собственноручно написал для сестры Профессора рецепт «корейской капусты».
А результаты?
Единственным пока и самым неожиданным результатом была, извините,
беременность Матильды. Несчастное животное, пережившее тяжелейший стресс из-за
вынужденного побега, оказывается, подверглось насилию со стороны грубых диких
тварей! И, мало того, этот инцидент имел последствия! Профессор переживал
ужасно. Матильда же, придя в себя по возвращении домой, казалось, напрочь
забыла о своем приключении. Она с аппетитом принимала пищу, гоняла по
длиннющему коридору морскую свинку и на прежней скорости удирала от обоих
котов, не обращая внимания на злополучные «последствия», потихоньку распиравшие
ее брюшко.
В лаборатории был полный (как это метко назвал бы Виктор Гмыза)
«тухляк».
Крысы, как и положено по науке, попривыкнув к ловушкам, начали
исправно попадаться. Сбылись Мишины ядовитые слова: Савелий Сергеевич
действительно стал «торчать на работе до ночи». После аккуратных чистеньких
лабораторных подземные родственники Матильды вызывали у Профессора чувство
брезгливости. Вскрывать эти блохастые экземпляры приходилось в отдельном
«боксе», соблюдая все меры предосторожности — за один особо урожайный день,
например, у Профессора запросто уходило до трех пар отличных финских
одноразовых перчаток. Как-то вечером в комнату к СССР наведался начальник
лаборатории, заинтересованный столь внезапным проявлением трудового рвения
своего сотрудника.
— Савелий Сергеевич, — ласково начал он, — да вы, никак, мой
дорогой, за кандидатскую взялись? Не поздновато?
СССР натужно покраснел. И поскольку врать не умел вовсе, принялся
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53