Еще поэт
вышло из НИХ долгожданных братьев по разуму. И лишь неуловимый, легчайший
вздох, который носит в себе с первой секунды жизни до последней каждый
представитель вида homo sapiens, оказывается вполне материальной
психосоматической субстанцией (спасибо за формулировку, Игорь Валерьевич!)...
Для нас особой роли новое мудреное название, может, и не играет. А вот для НИХ
наши бедные ранимые души — новая форма существования пространства.
А теперь следует вполне законное обывательское: «А ты почем
знаешь?»
И Саша привычно пожмет плечами и вернется к своим железкам, потому
что ответа на этот воображаемый вопрос у него нет.
Последними картинками в калейдоскопе памяти завертятся: Валерка,
остервенело крушащий приборы; адская головная боль и собственный голос: «Ты
блефуешь, Антонов, тебе ее уже не достать!»; мимолетное видение странного
мира-катастрофы; чужие заплаканные глаза Светланы; безжизненная рука Виталия,
свисающая с носилок.
Часть первая
ВЫБОРГСКИЕ КРЫСОЛОВЫ
Глава первая
МИША
Понедельник. По-не-дель-ник. Словно ступеньки в гнилой подвал.
Миша с отвращением смотрел на только что убитую крысу. Жирная, с
лоснящейся грязно-коричневой шкурой тварь, казалось, все еще зло смотрела на
него мертвым черным глазом.
— Забирай, — отрывисто приказал он Толику, — и живо в лабораторию.
Лед не забудь! — крикнул он уже в спину уходящему. — Еще стухнет по дороге...
Ни фига, ни фига не получится. Сколько раз уже тупо повторялась эта
сцена? И уже заранее известно, как, вернувшись, Толя старательно, словно
бесталанный провинциальный актер, снова пожмет плечами и скажет: «Ничего
интересного». Миша с тоскливой злостью посмотрел на сигарету, которая назойливо
торчала из пачки. Не хотелось курить, но пришлось хоть чем-то занять руки.
Маленькая плоская зажигалка скользила в огрубевших грязных пальцах. Миша
швырнул ее в стену, длинно невкусно выругался и крикнул куда-то в коридор:
— Витька, твою мать, просил же купить обыкновенных спичек!
— Чего-о? — тягуче переспросили оттуда.
— Это твоя бабская хреновина не зажигается!
— Не ори, — спокойно сказал входящий Витек, поднимая зажигалку. —
Лишь бы на ком-нибудь зло сорвать. Ну, все горит. Чего психуешь? Толик уехал?
Миша кивнул. Первая же затяжка заволокла мозги ленивым туманом.
Навалилась жуткая усталость.
— Ни фига не получается, — повторил он уже вслух.
— Ну и что? — Витек разогнал сизое табачное облако и сел.
Неплохо
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53