Дети солнца
видели – значит, вправду. Только на земле след остается человеческий – Великую Мать не обманешь, она своих детей всегда узнает.
– А если бы нам колонок встретился или еще кто – загрыз бы?
– Этого не знаю, – серьезно ответил Ромар. – Не встретился, вот и хорошо, спасибо предкам. Ты, лучше, осмотрись как следует: места узнаешь?
Уника обвела взглядом незнакомую, выжженную зноем пустыню. И словно пелена сползла с глаз, Уника разом узнала родные места. Ведь отсюда к селению и получаса ходьбы нет… Вон на пригорке кустарник темнеет – калина… За кустами выгон, где сейчас и травинки свежей не сыскать. А там и городьба, а кругом поля, не тронутые в этом году сохатым рогом…
Страшным рвом чернеет умершее русло Великой, террасами падает в провал земля. И совсем рядом, посреди сухого места, над краем одного из обрывов склонились три древние, многоохватные ивы. Ее ивы… Вон у крайней ствол расщеплен грозовой стрелой. Там в глубине ствола обитает Салла – древяница, смешливая девчонка, вечностью равная иссохшей реке. Как?то она?
Жива ли?
Волхвы рассказывали, что странные существа живут в верхнем мире, а то, что мы видим здесь, это всего лишь их тень, отблеск той их жизни.
Человек же, напротив, живет внизу, а тень его бродит по Верхнему миру и зовется душой. Родович умрет – душа останется, хоть и будет не такая, как прежде. Поэтому предки могут помогать своим живущим потомкам, хотя порой помощь их удивительна.
Странные существа принадлежат Верхнему миру, здесь они не рождаются, не любят и даже не умирают толком, а лишь иссыхают, неузнаваемо меняются, когда главная их суть гибнет в мире духов. Потому со странными существами люди старались сталкиваться пореже. Здоровались, как всякий вежливый человек здоровается с незлым соседом – и все. Нежить, как правило, выслушивала приветствия угрюмо, но с тем, кто умел поздороваться, вражды не имела. Попробуй чужак искупаться в омуте – омутинник мигом на дно утащит. А свои купаются. Ромар говорил, что дети лосося специальные слова ведают для чарусы и кикиморы, в тайне передают от стариков. Знать бы эти слова, когда через зыби шли…
Древяницы среди странных существ считались самыми дружелюбными. Если плеснуть водой на ствол старого дерева, древяница смеялась и выглядывала наружу. А Уника, когда была ребенком, так даже играла с обитательницей ствола. Древяница выбиралась из расщелины, усаживалась напротив девочки, осторожно протягивала нежные, не знающие работы пальцы, а дотронувшись до Уники, поспешно отдергивала руку, заливалась беспричинным смехом и лепетала что?то вроде: «Сал?ла! Сал?ла!..» А потом вдруг взвивалась и пряталась обратно в дерево. Ни пользы, ни вреда от древяниц не было, хоть и говорили, что они могут рыбу увести или послать богатый улов. И все же, Уника горько рыдала, когда знакомая древяница перестала признавать ее.
Казалось бы, пустяк, а ведь именно с этого начались безумные деяния проснувшегося Кюлькаса.
Уника подошла к дереву, погладила грубую, иссеченн
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52