Дети солнца
но который безрукий колдун задать не осмеливался.
– Это маги прежних времен. Великие колдуны, познавшие тайны мира. Они были так могучи, что теперь не могут умереть, но стали так стары, что не могут жить. Я собрал их здесь, потому что тут им не так плохо.
– Страшно… – невольно вырвалось у Ромара.
– Страшно, – согласился Баюн. – Они уже толком ничего не понимают, а мне страшно. Прокормить их нетрудно, в конце концов, они и при жизни не были привередливы. Куда хлопотнее бывает, если кто?то из них начинает колдовать. Сил у них немного, но их искусство велико.
– Тот колдун, что Кюлькаса тревожит, – спросил Ромар, – случаем здесь не сидит? Кто из ума не выжил, тот на такое не вдруг решится.
– Здесь его нет, – сказал Баюн. – Я бы знал.
Уника подошла к одному из людей, заглянула в сморщенное словно прошлогоднее яблоко лицо. Остатки белых волос курчавились на голом черепе, кожа, когда?то черная казалась теперь грязно?серой.
– Кто ты? – спросила девушка.
Негр молчал.
– Кто ты? – повторил Ромар на языке чернокожих.
Я Джуджи, заклинатель раковин, – неожиданно ответил старик и снова опустил голову.
Богоподобный Джуджи, живым ушедший на небо! Так вот каковы оказались твои небеса!
Может быть лучше было бы их убить? – Ромар повернулся к чужинцу. – Сами умереть они не могут, но убить их возможно?
– А ты сможешь это сделать? – спросил Баюн.
Ромар поник и, помолчав, произнес:
– Лучше бы ты не показывал мне этого. Это и моя судьба тоже?
Баюн долго молчал, покачивая головой, так что было не понять, что именно собирается он ответить.
– Всего можно избежать, – упали беззвучные слова. – Так или иначе, но ты попадешь сюда. Но я бы хотел, чтобы ты пришел ко мне прежде чем станешь таким. Тогда нас было бы двое.
– Ты же знаешь, я не могу оставить начатое, не могу бросить людей.
– Они все не могли бросить дел, до последнего они бились за свои народы, и вот теперь они здесь. Что им пользы в том, что они отдали себя до последней мысли? Их забыли, и сами они почитай что ничего не помнят из прошлого. Так было ли это прошлое?
– Было, – сказал Ромар. – Если народ жив, то прошлое становится будущим.
– Может быть, – согласился Баюн. – Мой народ ушел с земли, и у меня будущего нет. И все?таки, я зову тебя к себе. Я понимаю, что сейчас ты меня не услышишь; слишком трудную задачу вздумал ты решать, а дети, которые идут с тобой, это всего лишь твои руки. Одна рука ничего не сможет сделать, поэтому ты должен идти вместе с ними. Но потом, когда сил станет совсем мало, вспомни мои слова и оставь малую толику себе самому, чтобы жить человеком, а не сидеть на этом берегу.
– Ты прав, – сказал Ромар. – Сейчас я действительно очень хочу выйти из?под земли и увидеть небо. А что будет потом, этого не скажут и гадальные кости.
* * *
Поздним вечером Таши возвращался с охоты. Более позорного лова он не мог себе представить. С величайшим трудом удалось подбить четырех облезлых бело
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52