Вторжение моря.
анное. Чего до сего времени не видел ни один землянин. Ни один человек. И, хочется верить, больше и не увидит.
Да, здесь когда?то тоже текла речка. Петляла меж предгорными холмами, бурлила на перекатах. Теперь её намертво перекрывала широкая плотина, замкнувшая треугольную «чашу» между холмами. Здесь явно потрудились человеческие руки – вдоль краев поднимался внушительный вал металлопластиковых блоков. Стандартный имперский строительный материал.
Почти до краёв поднималась густая коричневая слизь. Сейчас она вся словно кипела, но все, кому надо, похоже, уже «вылупились» – пузыри лопались впустую. Там, в глубине, словно перекатывались громадные мускулы, время от времени поверхность жуткого пруда вспухала горбом, и оставалось только догадываться, что же за твари ходят сейчас вдоль дна, время от времени поднимаясь вверх.
Сверху живые воронки мерно крутились над кронами – надо полагать, вся нечисть взлетела над бывшим «инкубатором». Ну, крутитесь – и крутитесь себе, нам ваше внимание не требуется, мы не обидимся, если вы нашу сторону даже и не посмотрите...
Они и не посмотрели.
Высоко в небо поднимался плотный, почти что чёрный, мерно вращающийся живой вихрь. Я различал масс кружащихся созданий – размером от кулака до крупно?птицы, вроде орла. Мелькали и какие?то совсем громадные стрекозы, на манер живших в карбоне метровых меганерв, только ещё больше. На ходу твари перестраивались. Совершали какие?то сложные маневры, составляясь разнообразные цепочки. И чем больше я вглядывался, тем сильнее убеждался – отыскать двух одинаковых было практически невозможно. Деталей, само собой, не различишь. Единственное, что смог разобрать, – у всех, независимо от вида и размера – вздутое брюхо. Мне показалось, что все они с трудом держатся в воздухе.
Их танец, неторопливое, исполненное достоинства движение завораживало. Им не было дела до нас, жалких крупинок примитивной протоплазмы – в отличие от них, протоплазмы дивно реорганизованной, упорядоченной, предельно функциональной и эффективной.
Я мог только бессильно пялиться на происходящее. Враг набирал силу, приумножал своё число, а мы хлопали глазами.
И сладко?сладко плавала по сознанию моему странная мысль – а если я сейчас брошусь в этот самый пруд, со мной ничего не случится. Я защищён. Они ничего не могут мне сделать.
Это было чем?то сродни детской убеждённости, что от всех ночных страхов лучше всего защищает самое обыкновенное одеяло, натянутое на голову.
Туча мало?помалу приняла форму почти правильной воронки. Я даже приблизительно не смог бы сказать, сколько стянулось сюда живых существ. И для чего.
Медленно поднималось солнце. Вокруг становилось светлее, отползали ночные тени, но Зло, восставшее из неведомых адских глубин прямо у меня перед глазами, отнюдь не страшилось светлого дня. Заворожённый, я продолжал смотреть, и вот, когда первые прямые лучи коснулись поверхности «инкубатора», слизь в нём резко закипела. Словно кто?то поставил слабо булькавшую
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51