Вторжение моря.
то?красного темляка.
Легендарный командир Шестой интернациональной носит стек? Любопытные аналогии...
Меня поставили перед Дарианой и её приближёнными. Только теперь я рассмотрел лицо пятого в их группе. И вновь не удивился. Коготок увяз – всей птичке пропасть.
– Здравствуй, Даля. Ну вот... хоть перед смертью свиделись.
Она смотрела мне в глаза. Изменилась. Похудела. Глаза ввалились. Красные. Она плакала? Уж не обо мне ли?.. Но зачем эта сумасшедшая Дариана притащила Далю сюда?.. Что за мелодраматические сцены? Хотя кто их знает, в этих интербригадах всё с надрывом, всё как на сцене... «Умирать надо красиво» – их лозунг, хотя красиво умереть вообще невозможно.
– Здравствуй, Рус... я хотела сказать спасибо, тогда, на Сильвании... это же ты был?
Врать, смотря в эти глаза? За миг до того, как меня столкнут в ждущий «реактор»? Какая теперь разница? Скажи ей правду. Тебе ничего так не хочется, кроме одного – чтобы Далька никогда не думала о тебе как о враге. Предателе без совести и чести. Тебе очень хочется оправдаться перед ней, верно?
«Не перед людьми, перед собой будь чист», – сказал когда?то Толстой . И я качаю головой, потому что люди, стоящие рядом с Далькой, на самом деле могут работать на Империю.
– Нет, Даля. Я не освобождал пленных. Я преследовал их. Нескольких... убил. Хотя стрелял по конечностям. – Я намеренно перехожу на имперский. И вижу, как её плечи опускаются и начинают вздрагивать. Далька стаскивает чёрный берет и закрывает им лицо.
Я хочу, чтобы моё сердце просто и без затей разорвалось бы в этот момент.
Кривошеев делает шаг ко мне и крепко берёт за локоть.
– Мне будет очень больно, Руслан. Но у нас нет выхода. Процесс должен идти. Дариана дала тебе последний шанс. Точнее, тебе и ей, – кивок в сторону Дальки. – Нам всё равно, кого отправить на переработку. Первый солдат, Прохазка, кажется? – на его месте мог оказаться любой. Теперь – твоя очередь. Псы нуждаются в крови. Они должны знать, кто враг.
– И как же они распознают? Как отличат? – Голос мой дрожит, несмотря на все усилия.
– А это, друг мой, уже совершенно не твоего ума дело, – резко говорит «тигр».
– Последнее желание приговорённого к смерти принято было исполнять даже в застенках инквизиции, – напыщенно говорю я. – Неужели те, кто борется с Империей, окажутся бесчеловечней Торквемады?
– Слова, слова, пустые слова, – нетерпеливо бросает «тигрица». – Кончайте с ним, Дариана. У нас очень много дел.
– Даля, – не обращая внимания на «тигрицу», неожиданно мягко говорит Дариана, обращаясь к плачущей Дальке. – Даля, выбор за тобой. Я могу сохранить ему жизнь и отправить на разложение и декомпостизацию другого солдата. Тем, кто внизу, совершенно всё равно. Но ты сама слышала – он не разведчик. Он предатель. Твоего народа. Нашего дела. Общей свободы. Он ничем не отличается от остальных. Они, по крайней мере, ничего и никого не предавали. Простые служаки. За паёк и пенсию. Твоё решение? Всё равно кого?то
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51