Вторжение моря.
, мы тут лаптем щи хлебаем? – Дариана неплохо говорила по?русски. Акцент почти не чувствовался.
Я вновь не ответил.
База, насколько я успел понять, представляла собой сложный комплекс тщательно упрятанных под лесистыми холмами сооружений. И бронеколпаки, и пушечные капониры... и, разумеется, минные поля... всех сюрпризов не перечесть.
У замаскированной под невинный травяной откос двери, где, как раз и нарушая к чёрту всю маскировку, торчали здоровенные лбы личной охраны госпожи Дарк, мы остановились. Внутри оказался спартански оборудованный штабной бункер. Аскетизм обстановки сделал бы честь её хозяйке – БПУ, несколько компьютеров с мониторами, большая проекционная карта на стене, стандартные армейские столы и стулья. Несмотря на аскезу, я не увидел и грубых кустарных самоделок. Лишнее свидетельство того, что повстанцы не испытывали проблем со снабжением.
Вместе с Дарианой в бункер спустился и круглолицый. Его я по?прежнему узнать не мог. Мало ли кто бывал в доме моего отца..
– Садись, штабс?ефрейтор, – сказала Дариана. Она без всякого страха повернулась ко мне спиной, принявшись шарить зачем?то в выдвижном ящике. – Садись, как говорите вы, русские, в ногах правды нет. Сейчас чаю принесут. Я оценила ваш народный способ – из самовара, настоящего, с угольками, с дымком!
– Из самовара вообще?то положено водку было пить. Горячую, – с максимальной серьёзностью сказал я. – Её кипятили, чтобы убрать лишние сивушные масла...
– Мели, Емеля, твоя неделя, – рассмеялся круглолицый. – Вижу, ты меня так и не вспомнил. Егор Фёдорович Кривошеев. Бывший председатель комитета Думы Нового Крыма по законодательству. Не вспомнил?
– Никак нет, – ответил я.
– Ну и ничего, значит, заново познакомимся. Говорить будем на имперском, из уважения к даме. Госпожа Дарк русский знает, но тем не менее. Да ты садись, не стой. Мы ещё не сказали тебе «спасибо» за Сильванию.
Я молча сел у пустого стола. Мертвенно, матово поблескивал пластик, и мне вдруг почудилось, что именно на этом столе меня и станут расчленять. Медленно и без наркоза. Чтобы почувствовал. Не знаю, откуда возникло это жуткое видение, но потребовалось несколько секунд, чтобы вновь взять себя в руки.
– Да, за Сильванию тебе спасибо, – проговорила и Дариана. – Если бы ты тогда не отпустил пленных... они все оказались бы у Чужих. Вот только зачем стрелял в отставших? Этого я не понимаю. Ушёл бы с ними. Мы вытащили с Сильвании почти всех. Ну, за малым исключением, кому особенно не повезло...
– Не понимаю, о чём вы говорите, – спокойно сказал я. – Не имею никакого отношения к освобождению пленных. Принимал участие в погоне, да. Да, стрелял... но по конечностям.
Дариана и Кривошеев переглянулись. Как мне показалось, с недоумением.
– Я что?то не понимаю... Руслан, – кажется, чтобы произнести моё имя, командирше Шестой интернациональной потребовалось сделать над собой известное усилие. – Некогда я знала твоего отца... много лет назад. Я получила совер
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51