Удивительные приключения
ь всё население, чёрт меня побери?!. Река, несущая тканетворное желе, зародыши в глубине – всё это прекрасно, и над этим даже было бы интересно поработать, что называется, за бенчем, с пипеткой в руках; но не похоже, чтобы что?то подобное возникало в Нойе?Бисмарке.
Мы повернули за излом склона. Чудовищный инкубатор снисходительно позволял нам разглядывать себя. Наверное, мы на самом деле не представляли собой никакой угрозы. Да, но какую реальную угрозу представлял тот же вертолёт?.. Несколько его «НУРСов» не способны причинить «зародышевому потоку» никакого серьёзного ущерба. Или всё?таки способны?..
За поворотом нам открылось озеро. Само собой, не настоящее. Кто?то воздвиг высокую дамбу, нагромождения валунов поднимались чуть ли не до самого края долины. Мутное «желе» заполняло образовавшуюся чашу, кое?где над поверхностью торчали нагие ветки деревьев – ни листьев, ни коры, одна сердцевина. И ещё не было никакого мусора. Чудовищный биореактор, похоже, способен был переварить любую органику. Вертолёт оказался не по зубам, само собой...
Здесь когда?то был красивый водопад. Даже два. Круглая чаша холмов в середине каскада и превратилась в самый настоящий реактор. В глубине медленно вращающейся массы было почти черно от «яиц». Хотя, конечно, никакие это не яйца, именно зародышевые пузыри с внешним источником питания. Скорее как множественные материнские утробы. Знать бы только, кто из них родится. И откуда, кстати, взялась та «амёба», что встретилась нам на пути?
Ответ на этот вопрос мы получили неожиданно скоро. Просто всплыл к поверхности, шагах в пятидесяти от меня, крупный коричневый пузырь, весь дрожащий от напряжения, перевитый пульсирующими жилами. Вот он коснулся берега... зацепился, закрепился... вздулся ещё сильнее... с мокрым хлюпающим звуком лопнул. На берегу оказалась коричневатая «амёба» размером с корову, которая неторопливо поползла прочь от «инкубатора», с каждой секундой надуваясь и увеличиваясь в размерах.
Скорость аккумуляции массы у неё просто потрясающая. Обмен подстёгнут до предела. Тепловыделение – как у хорошего обогревателя. Такому всё равно, что жрать. Попадётся человек – переварит и его.
Мы стояли, глазели. Противник, конечно, имеет место быть, только вот что с ним делать?
«Амёба» скрылась, мирно так уползла себе, уколыхала через лес, по каким?то своим важным амёбьим делам. Я уже совсем было собирался запросить команду на отход – делать тут больше нечего, этим реактором должны заниматься научники, а не солдаты, – когда тишь с благодатью для нас кончились.
...Наверное, что?то подобное случилось и с вертолётом. Один из солдат, кто?то из головы колонны, невесть зачем швырнул в «воду» валявшуюся под ногами ветку. Медленный водоворот подхватил её, понёс вперёд... стали истончаться черенки листьев, сами листья быстро пожелтели и стали распадаться... и тут прямо из глубины на поверхность вырвался, почти что взорвавшись, громадный коричневый пузырь. То, что одним неразличимым движением ока
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51