Путешествия и приключения
ень. Ты заслужил Железный крест, ты дрался как настоящий десантник. Но что за история с детьми? Я читал отчёты. Контрразведка любезно переслала мне копии. Я знаком с твоими показаниями. Но я не понимаю, для чего Карлу потребовалась эта мизансцена.
– Он проверял... – подал голос лейтенант.
– Проверял... что проверял? Не кинется ли на него обер?ефрейтор? Слушай, Рус. Ты хороший солдат. Я не слишком люблю господ из контрразведки. Это не секрет ни для кого в «Танненберге», в том числе и для них самих. Я постараюсь прикрыть твой тыл. Но скажи – тогда, в деревне... ты был полностью убеждён, что имеешь дело с монстрами?
– Так точно. Любое иное объяснение натыкается на бритву Оккама и потому непригодно для серьёзного анализа.
Подполковник и лейтенант переглянулись.
– Ты считаешь, что контрразведка ошиблась со своими тестами? – медленно осведомился Валленштейн. Я позволил себе пожать плечами.
– Я могу представить, что мы все стали объектом какой?то операции сил безопасности, находящейся далеко вне пределов секретного допуска даже для вас, господин оберет?лейтенант.
Валленштейн хмыкнул.
– Соображаешь, обер?ефрейтор... Ладно, служи и ничего не бойся. Я тебе верю. На твоём месте я поступил бы точно так же. Если кто?то посягает на моих солдат, он автоматически становится неприятелем, а с неприятелем надо поступать согласно уставу, то есть уничтожать, в случае, если он продолжает оказывать сопротивление. Разрешаю идти. А ты, лейтенант, присмотри за обер?ефрейтором. Штази нечего делать в моем батальоне.
Я поднялся и отсалютовал.
– Иди, служи, обер?ефрейтор, – повторил Валленштейн. – Ты хорошо начал. Желаю так же продолжить. Я молча склонил голову.
19
Я вышел из каюты. С шипением закрылась дверь. Я не успел сделать и пару шагов по коридору, как...
20
Услыхал голоса. Внутри. Сквозь звуконепроницаемые переборки и изоляцию. Говорили Валленштейн и мой лейтенант, и говорили они обо мне.
– Руди! Ты понял, зачем Карл...
– Он его проверял, Иоахим.
21
Между собой офицеры «Танненберга» действительно общались без чинов, причём все называли друг друга по именам, независимо от возраста, положения и заслуг.
22
– Считаешь меня идиотом? Разумеется, он его проверял. Вопрос только, на что?
– Фатеев русский. С Нового Крыма. Планета на подозрении, Иоахим.
Валленштейн фыркнул.
– Это я и сам знаю. И поверь, Руди, знаю поболее твоего. В чём Карл может его подозревать?
– На Новом Крыму давно циркулируют слухи об организованном подполье...
– Может, ещё поучишь меня батальоном командовать, Руди? Кому сводки на стол кладут – мне или тебе? Конечно, я знаю о подполье. И об их боевых дружинах тоже знаю. Это неизбежно и пока неопасно. Пусть выпускают пар. Тем более, если начнём их арестовывать, неизбежно создадим ореол мучеников, и так далее и тому подобное.
– Может, в подозреваемых числится отец Фатеева?
– Наконец?то я могу показать, что быть команд
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51