Путешествия и приключения
, если наш противник способен к самообучению (а он наверняка способен) – он пойдёт по пути миниатюризации своих «боевых средств». Сперва, очевидно, спустится до вирусов и патогенных бактерий. Но скорее всего стабилизируется на уровне пчёл, ос или шмелей.
Меня слушали внимательно, не прерывая. Фон Валленштейн самодовольно погладывал на секуриста – вот, мол, какие у меня обер?ефрейторы, так сразу и не подумал бы, что русский, что не «стержневой нации» человек...
– А как же дети? – дождавшись, пока я выдохнусь, спросил секурист. – Дети, которых ты подстрелил в Кримменсхольме? Псионические способности противника как вписываются в твою картину?
Я покачал головой. История с детьми на самом деле не лезла в рамки какой?либо теории. Если дети были настоящими, а щупальца нам просто привиделись – то почему бы просто не отдать нам приказ перестрелять друг друга? Для чего такие сложности? Универсальный закон стратегии – простота и рациональность. Рациональности я в данном конкретном случае не видел.
– У нас есть свои предположения, – сказал секурист, вальяжно закидывая ногу за ногу. Я увидел, как поморщился Валленштейн. – И первое из этих предположений... Скажи, обер?ефрейтор, ты не думал, что под ментальным контролем были не дети, которым наш неведомый неприятель отдаёт псионический, невербальный приказ на сверхчувственном уровне, – а ты и твоё отделение? Что вам приказали увидеть то, что вы увидели? Я пожал плечами.
– Господин риттмейстер, нам можно внушить, что у ребёнка щупальца вместо рук. Но я не верю, чтобы эти детские руки сумели бы продавить кевларовый воротник брони. Гарротой его так просто не возьмёшь. – И поэтому?.. – ласково подбодрил меня секурист. Лейтенант выразительно кашлянул, фон Валленштейн нахмурился, уже не считая нужным скрывать своих чувств. – И потому я не верю, что эти дети были детьми, – твёрдо закончил я. – Почему бы не предположить, что... – Не заговаривайся, обер?ефрейтор, – поморщился секурист. – Ты, конечно, не хочешь сказать, что мы вынесли своё суждение, потому что наш, – он усмехнулся, – наш «неприятель» исказил показания приборов и данные тестов, так что мы приняли чудовищных монстров за тела невинных детей?
Я подумал, что для научного диспута место выбрано немножко неудачно.
– Не могу знать, господин риттмейстер! Говорил, что думаю, – по?уставному выпучив глаза и вскинув голову, рапортовал я.
Э – Гм, Карл... – прокашлялся уже и Валленштейн. – Что, Иоахим? – резко повернулся секурист. – Убиты дети. Их родители уже подали петиции со всеподданнейшей просьбой покарать злодеев. Как ещё можно им объяснить смерть их детей от пуль?! Лемуры огнестрельным оружием не обладают. Ты, обер?ефрейтор, – голос риттмейстера зазвенел, – ты с Нового Крыма. Ты неблагонадёжен. Как и все твои, гм, соплеменники. И я утверждаю – ты намеренно убил этих детишек. Движимый ненавистью к «стержневой нации», опоре нашей славной Империи.
– Господин ритгмейстер! – Теперь звенел сталью уже и голос Валленштейна. –
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51