Путешествия и приключения
ойдётся. Нечего бунтовать зазря!..
Кажется, она меня поняла. Успокоилась. Даже смогла не оглянуться, когда я вновь заговорил с ней по?русски.
Мне нужно, чтобы она замолчала. Чтобы перестала кричать. Иначе я получу пулю в спину от своих же. И всё будет списано на «случайное срабатывание оружия»...
Девчонка затыкается. Мгновенно. Едва только разобрав обращённые к ней мои слова, произнесённые по?русски. Я чувствую – меня словно медленно поджаривают в моей броне. Всё ради великой цели, вновь и вновь повторяет знакомый с детства голос в моей памяти. Тебе придётся предавать и быть преданным, тебе придётся сжимать зубы и твердить про себя, что бывают, мол, ситуации, когда цель таки оправдывает средства...
Отделение мало?помалу приходило в себя. Последним на ноги поднялся Раздва?кряк. Остальные – Сурендра, Джонамани, даже Фатих – и в самом деле смотрели на меня смущённо и виновато. А вот во взгляде Кряка я прочёл чистую, незамутнённую ненависть.
Я отвернулся. Если всё пройдёт, как я задумал, – плевать мне на всех и всяческих кряков с селезнями.
К месту сбора пленных сгоняли со всех сторон. Они едва шли, многих пришлось тащить – кого под руки, а кого и на носилках. Многие, если не все, носили красные повязки – знак интербригад.
Совсем молодые. Мальчишки и девчонки, лет по семнадцать?восемнадцать. Редко встретишь более взрослые лица. Старше тридцати – совсем никого. Серые, перепачканные глиной, гарью и частенько кровью штормовки. Самодельные петлицы на отворотах. Самодельные петлицы с «кубарями» и «шпалами».
Пленных принимали четверо из Geheime Staatspolizei. В неизменной своей чёрной форме и длинных кожаных пальто, неудобных и непрактичных, но за которые «тайная государственная полиция» держалась крепче, чем шотландская гвардия Её Величества Королевы Соединённого Королевства – за свои юбки?кильты и косые береты.
Я нарочито грубо пихнул пленницу в спину. Сейчас надлежало показывать рвение.
– Обер?ефрейтор?
Я назвал фамилию, взвод и роту. Получил стандартно?общее «молодец», откозырял и уже совсем было начал отваливать, когда...
Когда увидел окровавленную, ободранную Дальку. Со скрученными за спиной руками и свежим кровоподтёком на щеке. Она едва стояла на ногах, но всё?таки стояла. Сама, гордо отпихнув руки тех, кто пытался её поддержать.
Пресвятая Богородица. Царица небесная, утешительница наша во всех печалях...
Я едва заставил себя сдвинуться с места.
Что ж, ничего удивительного. Далька всегда была в этих самых «бригадах», чья?то воля подняла их всех с разных планет, стянула сюда... зачем, для чего, почему?.. И вот теперь Дальку, мою Дальку равнодушно вносят в список. Берут отпечатки пальцев. Сканируют роговицу. Опознавательного жетона на ней, само собой, нет, но гестаповцам он и не нужен. Они спрашивают имена скучными голосами, само собой понимая, что пленные придумают себе что?нибудь. Это сейчас никого не волнует. Главное – принять всех пленных и запротоколировать...
Не пом
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51