Путешествия и приключения
ержу я себе, словно заклинание.
Но вот наконец над головой – массивные гребни продольных балок. Мы прижимаемся к мосту, словно ласточки или летучие мыши, прячущиеся от грозы. Мы должны подождать отставших. Мы должны атаковать по сигналу.
И мы дожидаемся его – целой грозди осветительных ракет, расцветших в безлунном небе. Пронзительно?яркий мертвенный белый свет мечется по серым стенам ущелья, и мы орём что?то совершенно невразумительное, один за другим выскакивая на настил.
Водонепроницаемые чехлы с «манлихеров» уже предусмотрительно сняты. Как Раздва?кряк не помер от ужаса, проделывая это, ведь приходилось держаться только на коленных присосках да рассчитывать на страхующих тебя соседей?..
Так или иначе, мы на мосту. Долой молчание, долой секретность, я ору своему отделению рассыпаться, и мы бросаемся вперёд среди десятков других чёрных, мокрых фигур. Не знаю, минирован мост или нет, не знаю, где спецназ; подхваченные одним порывом, мы бежим вперёд, к берегу.
Господи Боже, защити и оборони!..
Навстречу нам грохочут выстрелы. Мне кажется, что огнями вспыхнул весь берег. Кажется, что в тебя извергает потоки пуль сама земля, что каждый её клочок сам целится в тебя, ловит тебя на мушку, жмёт на курок и злорадно ждёт, когда же тебя согнёт в дугу и швырнёт на асфальт угодившая в живот пуля...
О да, конечно, мы в броне. Мы сами расстреливали наши бронекомбинезоны, мы знаем, что они защитят нас от обычных винтовочных выстрелов. Но уже заговорили пулемёты, огненный росчерк трассеров вспарывает бегущую чуть впереди и правее меня фигуру – десантник падает, я с разгону бросаюсь на настил рядом с ним. Тотчас же «ныряет вниз» всё моё отделение. Мы очень, очень близко к берегу. И пулемёт...
– Гранату, Хань!
Хань спокойно привстаёт, аккуратно целится, на рукояти его «вепря» вспыхивает красный огонёк – цель захвачена, и тут его словно кто?то вздёргивает. Его тело отлетает назад, в воздухе – шлейф красных брызг. Осветительные ракеты по?прежнему горят; Хань лежит лицом вверх, и из раны на плече толчками бьёт кровь.
Сурендра и Джонамани разом совершают какое?то невообразимое движение, что?то вроде прыжка из положения «лёжа», оказываясь возле Ханя. А я подхватываю выпавший гранатомёт – красный светодиод погас, вместо него мигает жёлтый – цель ушла из захвата. Вскидываю оружие, не чувствуя его тяжести. Пищит автомат наводки. Двадцатикратная оптика, повинуясь командам моего микрочипа, послушно сужает поле зрения. Я вижу пулемёт. И не простой – пулемёт?спарку, калибра четырнадцать с половиной. Как Ханю не оторвало напрочь руку?..
Я не вижу людей. Я приказываю себе не видеть их. Я вижу только пулемёт. Он не живой. Его можно взорвать. Это как на маневрах. Я не убиваю. Я взрываю пулемёт.
Полсекунды требуется автоматике, чтобы захватить цель. Вспыхивает красный огонёк. Гудит прямо в ухо зуммер. Цель захвачена. Разрешена стрельба в режиме самонаведения.
Я жму спуск. Без чувств и эмоций, как машина.
Огненн
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51