Путешествия и приключения
ен Империи, что реют сегодня над вашими шеренгами.
Во?во, подумал я. Взвейтесь да развейтесь. Интересно, жил ли на свете хоть один генерал, что умел по?человечески говорить со своими солдатами? Наверное, даже знаменитый Гай Юлий перед строем своего любимого Десятого Железного легиона произносил столь же напыщенные и глупые слова.
Солдаты порой бывают милосердны, как дети. Жаль только, что милосердие их направлено не на тех, на кого надо.
Потом было сказано ещё много всякой ерунды. Я слушал, и скулы мои каменели от ненависти. Я уже не мог ненавидеть Мумбу, Ханя, Джонамани или Микки, но эту имперскую сволочь с витыми генеральскими погонами на полевой форме, надетой словно в издёвку над нами, рядовыми, сделавшими всю работу, – их я ненавидел чистой и незамутнённой ненавистью.
...Стали выкликать имена. К генералам подался вперёд изогнувшийся от усердия адъютант с ящичком, где лежали награды.
И первым выкликнули...
– Ефрейтор Руслан Фатеев!
Это я. Моё имя. На общеимперском оно звучит дико и покорежено. Но это моё имя. И ноги мои сами начинают печатать шаги по бетонным плитам взлётного поля. И я, я, Рус, чётко останавливаюсь в положенных двух шагах от смотрящего на меня с усмешкой Хауссера, вскидываю руку в старом и злом приветствии, дошедшем до наших времен ещё из эпохи легионов великого Рима.
– Ефрейтор Фатеев, за мужество и стойкость при выполнении воинского долга, за храбрость – Железный крест третьей степени с дубовыми листьями. И досрочное производство в чин обер?ефрейтора.
Генерал Хауссер смотрел на меня. И я смотрел на него. У меня не было оружия, но, клянусь, я убил бы его голыми руками. И его, и троих других генералов, прежде чем меня успели бы изрешетить.
Так почему же я этого не делаю? Почему помимо собственной воли отвечаю, что я служу Его Величеству кайзеру и великой Империи? Почему не вцепляюсь в тянущуюся ко мне с презренной железкой руку генерала, выламывая её так, чтобы в один миг затрещали бы кости? Я могу это сделать. Я умею. Клаус?Мария Пферцегентакль мучил меня не зря...
Но я ничего этого не делаю. Я вновь салютую в ответ на «Поздравляю, солдат», чётко поворачиваюсь и возвращаюсь в строй. На правой стороне маскировочной куртки покачивается в такт шагам чёрный железный крест с тонкой белой каймой и бронзового цвета дубовыми листьями, охватившими его снизу и с боков.
Высокий имперский орден. И сразу третья степень. Обычно сперва дают только четвёртую. И ещё одна треугольная нашивка на рукав. Обер?ефрейторы – становой хребет армии...
Что, Рус, ты гордишься этим? Ты гордишься наградами врагов?..
Дай ответ. Дай ответ самому себе. Чего ты боишься, чего стесняешься? Никто, кроме Небесного Всеотца, не услышит тебя. Молчишь, Рус?.. Молчишь. Молчишь...
...Награды получили многие. Господин лейтенант в том числе. Из моего отделения крест четвёртой степени без листьев дали Ханю, Микки и Фатих получили медали «За отвагу» вместе с первым чином «обер?десантника». Вообще на
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51