Самовар
х, – с достоинством заявил карлик. Не смущаясь, прошествовал к креслу для посетителей, уселся поудобнее и закинул ногу на ногу. Валера Дрягин двинулся к нему. На лице лейтенанта питерской милиции было ясно написано желание применить к коротышке все методы гестаповского допроса третьей степени устрашения.
– Погоди, Валер. – Саша предостерегающе поднял руку. – С нами ведь поговорить хотят... А мне следовало бы догадаться. Таких совпадений не бывает. Только когда и впрямь хотят поговорить...
– Хочу, – подтвердил карлик. – Давно уже хочу. Но смог только в этом мире. Благодарение Светлане Вениаминовне, у нее абсолютно уникальный дар. Как и у вас, Александр Юрьевич, кстати, – но у вас он несколько иной. Именно поэтому вы и не почувствовали во мне и за мной ту силу, что противостояла вам в мире Юрия... Валерий Ирбисович, опустите, пожалуйста, пистолет. Стрелять в меня абсолютно бессмысленно, уверяю вас.
– А в крыс? – тупо спросил Дрягин.
– В крыс? В крыс – нет. Эти маленькие симпатичные зверьки погибли невозвратной смертью, о чем я искренне скорблю. А вот я останусь невредим, даже если вы истратите на меня все патроны.
Теперь карлик Алексей Иванович говорил совершенно по?другому. Исчез странный акцент; речь сделалась чистой, правильной и мертвой, словно у грамматического компьютера с голосовой приставкой.
– А если я все?таки попробую? – клацнул затвор. Валера шагнул вперед. Дуло уперлось карлику в затылок.
– Пробуйте, Валера, – милостиво разрешил Алексей Иванович. – Вы пробуйте, а я стану говорить. Надеюсь, мы придем к пониманию.
– Если вы такие могущественные – то зачем вам разговоры, коли мы – помеха? – хрипло спросил Саша. Валера же, побледнев, опустил пистолет.
– Вы неправильно понимаете суть происходящего, – заявил карлик. – Мы не злодеи и не убийцы. Печальные эксцессы есть печальные эксцессы, а не целенаправленная деятельность. Мы как раз очень высоко ценим жизнь. Тем более такую, как ваша, уважаемый Александр Юрьевич. Наш метод – убеждение.
– Нас убеждать будете так же, как Сапкина? Или как Александра Иосифовича? – жестко врубил Валера.
– Это есть трагические случайности, – ничуть не смутился карлик. – Именно случайности. И если еще можно вообразить, что ваш Александр Иосифович нам чем?то мешал, то чем мог мешать больной Сапкин? Зачем нам его убирать, да еще такими методами?
– Самые страшные преступления чаще всего немотивированны.
– Мы отвлеклись, – с достоинством возразил Алексей Иванович. – Давайте вернемся к интересующей нас теме. Собственно говоря, после того, как мы придем к соглашению, я охотно отвечу на все ваши вопросы, уважаемые.
– И каковы же условия? – осведомился Валера.
– Условия? Да очень просты. Вы не появляетесь вблизи Светланы Вениаминовны Жуковой. Вот и все. В остальном вы абсолютно свободны. У нас, как вы, наверное, догадываетесь, очень большие возможности. Мы можем, например, переправить вас – и всех людей, кого вы назовете – в ту реальность, которая в
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52