Почтальон
е нужны? – Валера хорошо понимал, что поднять Сашу сейчас можно, только разозлив. – А вы, девушка, не стойте столбом, помогите юноше собраться. Платочки носовые соберите, белье теплое, кальсоны там... сухари...
– Куда вы его? – тихо спросила Люся, обмирая при слове “сухари”.
– Куда?куда. Куда надо! – Валера зверски подмигнул девушке и, подталкивая Сашу в спину, вывел его из комнаты. – Ты дверь закрываешь? Барышня, остаетесь за хозяйку. Позаботьтесь, чтоб не пропали улики.
В машине Дрягин внимательно посмотрел на Сашу, молча достал из сумки термос, а из “бардачка” упаковку байеровского аспирина.
– На, глотни. Вижу, что хреново. Держись. Ты же мужик все?таки.
– Ты скажешь наконец, в чем дело? – От горячего чая Сашу прошиб пот.
– В чем? Твой приятель Поплавский обрастает трупами с космической скоростью. Вчера вечером в его лаборатории мужика убило.
– Током? – почему?то решил Саша.
– Хуже. Центрифугу когда?нибудь видел? Вот у нее внутри такая дура вертится – ротор называется. Килограмм пять?шесть весит. Что там случилось, пока неизвестно. То ли он что?то неправильно сделал, то ли неисправность... Короче, вылетел этот самый ротор... – Валера помолчал, переезжая трамвайные пути.
– Ну?
– Что – ну? Мужика пополам разделало. Бр?р?р, хуже, чем трамваем.
– А Поплавский?
– Алиби. Но хиленькое. – Дрягин задумался, а потом веско сказал: – Знаешь, или этот доктор – очень опасный тип, или...
– Что?
– Или там все еще страшнее.
– А совпадение? – Саша удивился, что может еще соображать. Чувствовал он себя погано, но от аспирина голове полегчало.
– Может, и совпадение, – неохотно согласился лейтенант, – да только не верю я...
– А куда мы сейчас?
– К нему. К Поплавскому. Там группа работает. А мы с доктором поговорим.
– О чем?
– Не знаю. Только думаю: пора на него нажать. Ученые эти – народ хлипкий, нервный... Может, хоть про бабку твою что?то расскажет... – Валера рассуждал вслух. – И с больным этим, Сапкиным, ни черта не ясно. Я тут давеча родственников к нему привозил... Темные мужички...
Игорь Валерьевич Поплавский сидел в своем кабинете и тупо смотрел на экран компьютера, по которому бешено скакали пики нейрограмм. Час назад его отпустили из лаборатории. Игорь ежеминутно вытирал потеющие ладони и старался проиграть стоящую перед глазами картину. Стены, по которым словно палили чугунными ядрами. Чудовищно огромная лужа крови на полу (никто не решался вымыть пол, а для того, чтобы пройти, просто кинули несколько газет). У Людочки все?таки оказалось больное сердце. Она была тем первым человеком, который вошел в лабораторию утром. И обнаружила Александра Иосифовича. Вернее, то, что от него осталось.
“Зачем все это? – думал Игорь, уже не в силах оторваться от завораживающей игры пиков. – К чему выдумывать сложнейшие машины и приборы, когда люди по?прежнему умирают, напоровшись на ржавый гвоздь? Не то мы делаем, не то... Мы ужасаемся следствию, отмахиваясь от
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52