Дачники
уэт лося. Снег вокруг был потоптан копытами, а поверху расчерчен заячьими строчками, осиновый и березовый подрост крепко погрызен, но ничего живого не шелохнулось в стылом воздухе. Хоть волком вой.
Подслушав неосторожную мысль, подал вдали голос волчий запевала, к нему присоединился второй, пустил заливистую трель, тут же проснулся третий… и еще… и еще… Мрачная песнь волчьего племени катилась над вершинами, лишая всякого, кто услышит ее, сил и воли. Не иначе, гонит хвостатый народ косулю или кабана в заранее договоренное место, где ждет засада. Волк это хорошо умеет, ему нет разницы – лес или поле, он везде свое возьмет.
Волков Таши не слишком боялся, хотя лесные хищники были куда покрупнее степных, но зато и отбиваться, стоя спиной к дереву, дело нехитрое. А вот копытных стая разгонит, так уже не найдешь.
Призвав Лара, Таши двинулся вперед, стараясь по звуку определить, куда заворачивает охота и, значит, в каком направлении шарахнутся избежавшие облавы травоядные. Упорная степная привычка заставляла двигаться согнувшись, чтобы не маячить издали словно столб, и это спасло Таши жизнь. Смазанная желтая молния бесшумно рванулась с высокой ветви и пала на плечи Таши. Шел бы он с прямой головой, тут бы и конец встретил: моргнуть бы не успел, как упал бы со сломанной шеей. А так – толчок кинул его в снег, и это было все, чего сумела добиться рысь. Четвертьвершковые когти отчаянно драли овчинный тулуп, опасно скалились зубы, но главный, смертельный удар цели не достиг. Правда, и лежащий ничком Таши не мог пустить в ход копье, но он сумел выпростать наружу ремень от боло и накинуть петлю себе на спину. Вообще?то, он хотел поймать петлей голову хищника и сдернуть его со своей спины, но удалось лишь крепче привязать дикую кошку к собственному телу. Рысь завизжала, частые удары задних лап вспороли кожу тулупа, разбрасывая во все стороны клочья меха. Таши бесцельно терял время, стараясь перевернуться и подмять зверя под себя.
Наконец, ему удалось приподняться на четвереньки. Рысь тут же бешеным рывком вновь опрокинула его, но и этого мгновения достало, чтобы выдернуть нож. Таши, не глядя, ударил за спину – раз, и тут же – второй. Визг сменился злобным шипением, которое после третьего удара перешло в хрип.
Тело рыси обмякло, но Таши еще довольно долго не мог освободиться от увязших в изодранном тулупе когтей. Когда это удалось, Таши напился теплой крови и гордо поглядел по сторонам. Такой победой можно было гордиться.
Мех рыси ценился среди сородичей, поскольку этот зверь не заходит в перелески у Великой Реки. Таши представил Унику в пестрой безрукавке, удивительно пушистой и нежной, и остался доволен. Главное же, трехдневный пост кончился, вечером их ожидает пир. Вообще?то, хищников есть не принято, мясо их нехорошо, оно возбуждает в натуре дурное, но рысь является счастливым исключением. Питается она, по большей части, птицами и оттого имеет белое мясо, по вкусу неотличимое от дичины. Так, во всяком случае, рассказывал всезнающ
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52