Вор. С натуры
Куда лучше понимали это их вожатые – карлики.
– Лапы им руби! Копьем прикрывайся и поджилок руби! – надсаживаясь, орали справа и слева.
Тейко, как и Таши, стоял с толстым загонным копьем; рядом с ним оказалось трое или четверо охотников постарше, с топорами. Кое?кто ради такого случая успел пересадить кремневое лезвие рабочего топора на длинную рукоять топора боевого; на таких взирали с завистью – то?то удобно в схватке будет!
Над обрывом черными змеями взметнулись шеи диатрим. Птицы валили напролом, понукаемые зоркими хозяевами, на залитом тьмой склоне им было очень легко оступиться – и одна из птиц оступилась. Не выдержав тяжести, вывернулся камень, подломилась чудовищная лапа – и диатрима кубарем покатилась вниз, прямо под ноги охотникам. Прежде, чем она успела встать, заработали топоры и копья детей Лара. Памятуя слова вождя, били в глаза – ослепленная диатрима не противник, да и нельзя долго с одной птицей возиться – другие напирают.
Тейко к расправе не поспел: вовремя понял, что нельзя к врагу спиной поворачиваться. Пернатый силуэт, подсвеченный дальними кострами, вознесся над ним, и Тейко, хакнув от напряжения пхнул копьем спешащую к нему смерть. При таком ударе тяжеленное ратовище с иззубренным кремнем не смогло бы даже пробить скользкие перья, но и соскользнуть копью в сторону Тейко не позволил: успел упереть застроганную пятку в камень и диатрима, не сумев остановиться на крутизне, сама напоролась на преграду.
Почувствовав вошедший в тело камень, птица сиганула вверх, над головой Тейко мелькнули лапы, впустую загребающие воздух, вершковый коготь рванул из головы клок волос вместе с кожей. Клекот птицы слился с надрывным хрипом Тейко, а потом вся громада ухнула вниз, унося вырванное из рук копье.
Где?то должно было быть второе загонное копье – зря, что ли всю дорогу тащил на плече две жердины, но оно никак не попадалось под руку, Тейко безоружный метался, стремясь лишь уклониться от катящейся сверху птичьей лавы.
– Копья упира?ай!.. – натужно ревел чей?то голос и словно послушавшись команды, отыскалось копье, сам же положил на склон так, чтобы удобно было схватить.
Что творилось по сторонам, Тейко не очень видел, слышал лишь радостный посвист стрел – значит целы лучники, засевшие под каменным обрывом, сшибают с птичьих спин мелкую погань.
Вторую птицу взяли разом на два копья – кто пособил, Тейко и заметить не успел, гадина задергалась, отшвырнув Тейко в сторону. Приложило к камням крепко, но и то к добру, потому что в ту же секунду кувырнулось через бьющуюся тварь третье чудовище, и в той каше уже никто бы не уцелел.
Тейко с трудом приподнялся, ухватил топор, оброненный кем?то из старших охотников. Он уже видел, что лапы птицам так просто не перерубишь, но, когда мозолистая нога ступила совсем рядом, что было сил рубанул диатриме топором по голени. Всю силу вложил с этот удар – а только и успел, что просечь толстенную бугристую кожу. Оно и понятно – если так бегать, то неизбежно ноги на
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51