Вор. С натуры
бинки. Значит, не пропала сломанная святыня, а может, даже часть своей силы сумела сохранить. Значит, еще не окончательно сгинул род, еще походят по земле сыновья Лара!
А тихий Стакн, никогда в жизни не повышавший голоса, продолжал греметь:
– Не стрелять! Это люди медведя, мы торговали с ними прежде и можем договориться сейчас! Откройте ворота!
Неошкуренные бревна со скрипом сдвинулись в пазах, освободив проход.
Стакн вышел на освещенное место. Рев зубра взбудоражил окрестности.
С противоположной стороны было тихо, но и стрелы оттуда прекратили лететь.
Подчиняясь внутреннему порыву, Таши выхватил из связки факел, подпалил его у ближайшего огня и встал рядом с мастером так, чтобы тот освещался своим светом, а не пламенем пожара. Шестым чувством Таши ощущал взгляды лучников, готовых в любую минуту спустить тетиву.
Стакн вонзил в землю копье, положил рядом нефритовый обломок и неспешно пошел к темнеющим кустам. Таши, подняв факел, шел следом. В темноте тоже вспыхнул огонь, навстречу Стакну вышли две фигуры. Один – молодой парень с факелом, второй – пожилой охотник, должно быть, вождь нападавших.
– Вы вторглись на наши земли… – немедленно начал говорить вышедший навстречу старик.
Таши не слишком хорошо разбирал язык потомков медведя, но о чем речь идет – понял. Не пропали даром Ромаровы уроки, что старик давал в прошлом году, когда они вдвоем бродили не так далеко отсюда.
– Мы будем говорить стоя, или в память о былой дружбе разожжем двойной огонь? – вежливо спросил Стакн.
Мгновение сын медведя молчал, потом произнес:
Мы разожжем двойной огонь. Пусть ваши люди готовят свой костер. Мы пока не будем стрелять.
Стакн вернулся к землянкам, вздохнул, окинув взглядом ждущие лица, и сказал:
– Будем жечь двойной огонь.
– Вот и хорошо, – согласился Ромар.
Мугон отдал короткие распоряжения своим подручным и те, отложив оружие, побежали по лагерю, собирать случайно уцелевшие от огня запасы хвороста, приготовленные для очагов. Что делать, посреди леса приходится выходить на переговоры со своими дровами.
В скором времени на прогалине между недалекими зарослями и на скорую руку поставленной городьбой загорелись два костра. Они были разложены так близко, что языки пламени смешивались, поднимаясь в небо единым столбом, но на земле дрова и уголь лежали порознь, и двое молодых парней специально следили, чтобы свой уголь не откатился соседу, и от него чтобы не затесалась шальная веточка.
Затем с двух сторон к огню двинулись высокие договаривающиеся стороны. От детей зубра вышли Стакн, Ромар и Мугон. Матхи, которому было бы здесь самое место, по?прежнему лежал в горячке, душа его бродила в иных мирах и не слышала обращенных к ней слов. С другой стороны подошли двое пожилых воинов и колдун, одетый в шкуру медведя, снятую со зверя целиком, вместе с частью черепа, так что оскаленные зубы нависали над разрисованным охрой лицом.
Те и другие присели возле огня на пятки, каждый протян
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51