Вор. С натуры
к сверху попал наконец чужинцу в затылок стрелой.
Раненая диатрима не выказала больше никакого желания лезть в драку и, развернувшись, помчалась прочь. Бессильные стрелы впустую щелкали по ее оперению.
И следующую птицу остановило длинное ратовище. Теперь держал его один Малон, а Таши пробил из лука голову неосторожно высунувшемуся карлику.
Диатрима пыталась достать непокладистого человека клювом, но жердь оказалась длиннее вытянутой шеи, а Малон не подкачал, не дал ратовищу свернуться на сторону. Таши не удержался и, схватив прислоненный к дереву топор, шарахнул диатриме по клюву – дальше просто дотянуться не удалось.
Удар не причинил заметного вреда, хотя птица отдернула голову и загарцевала в опасной близости от направленного копья, не нападая сама и не давая вступить в схватку своим более решительным товаркам.
Копье держи! – крикнул Таши и, вновь взявшись за лук, с десяти шагов хладнокровно вогнал боевую стрелу в изумленный птичий глаз.
Диатричья волна расплескалась по роще, ударилась о поднявшийся частокол копий и, истекая кровью, отхлынула, оставив на иссушенной земле десятки тел. Птиц завалили мало – не больше дюжины, зато карликов полегло преизрядно. Нигде, ни разу не прорвались сквозь ряды охотников злобные чужаки. И потерь среди людей почти не было. Эх, так бы да с самого начала воевать!
Пять минут длилась схватка, а всем уже было ясно, что отбились от незваных гостей, отстоялись между толстыми деревьями, – мало где диатримам удалось пустить в ход свои чудовищные клювы – не допускали ратовища, и всей напористой диатричьей силы не хватало, чтобы перебить трехвершковой толщины жердину. Окончательно дело решили стрелки – отбили приступ.
Впервые взяли верх над чужинцами, потеряв совсем немного своих. Кое?кто из горячих голов предложил тут и остаться – пусть де, мол, чужинцы лбы себе о наши ратовища порасшибают; однако Ромар только покачал головой:
– Они теперь ученые. Эвон, как быстро городьбу подрывать навострились, да тухлятину в воду валить! Не станут они больше нападать.
Окружат и измором возьмут. Да и сколько нам здесь торчать?то возможно?
Нет, нынче же ночью – прорываться дальше…
Когда свечерело, род снялся со стоянки. Диатриты весь день кружили вокруг рощи, однако, второй раз подступиться не решились. И когда люди дождавшись темноты, пошли, окружив женщин и детишек охотниками, что тащили тяжеленные ратовища – то увидели, что степь пуста и даже на горизонте не маячат вытянутые тени диатрим.
– След наш они не потеряют, не надейся, – качал головой Ромар в ответ на робкую надежду Уники. – Ночь отоспятся, а на заре следом кинутся, быстрее ветра полетят! До леса нам от них не оторваться… А вот в чащобу за нами они не полезут. Понимают, что мы там с ними сделаем.
* * *
Шли всю ночь, но годного для дневки места так и не нашли. Мелкие кусты не давали никакого укрытия, а до ближайшей рощи оставалось чуть не пять часов ходу. Кто?то предложил спуститься в речное русло и з
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51