Вор. С натуры
ожем не одолеть!
За ночь прошли не так, чтобы мало, но куда меньше обычного дневного пути. Эдак до верхнего селения тащиться придется целую седмицу, – прикинул Таши.
Незадолго до рассвета остановились. Десятка три воинов спустились к Великой; принесли воды. Не таясь, разожгли костры – от диатритов днем все равно не скроешься.
Уника хлопотала вокруг Таши, как и положено верной, исправной жене.
Свадебного обряда над ними не справили – ну да не беда, дело наживное.
Главное, родичи признали их мужем и женой. Даже Лата больше не глядит на Таши зверем…
Обычно во время дальних походов на стоянках готовилась еда, потом раздавалась: не кто сколько захотел, а скупыми порциями. Так было и в этот раз. У каждого человека кроме своего барахла и оружия еще и общинная ноша за спиной; у Таши – пуда полтора семенного зерна, Уника сгибается под грузом вяленого мяса, а на обед получили по сушеной лепешке и звенышку копченой стерляди. Это и правильно, а то поприесть запас на полпути не сложно, а потом как быть?
– Ничего! – успокаивал людей Свиол, руководивший раздачей пищи, – вот ужо налетят птахи, так и свежатинки поедим. Зря, что ли, с собой этакие вертела тащим?
Таши быстро управился и с куском рыбы, и с лепешкой. Мельком подумал, что и впрямь надо бы попробовать, какова на вкус диатрима. Мяса в ней не меньше, чем в хорошем быке, не оказалось бы только оно слишком жестким или вонючим, как у стервятника.
Уника разделила свою долю пополам, сунула часть Таши.
– Ты ешь, ешь, не отлынивай! – сердито прикрикнула она, когда Таши вздумал возражать. Мне что – весь день кверху пузом отдыхать можно, а тебе от диатритов отбиваться… Ну?ка, сними кожан, дай взглянуть, что у тебя случилось. Так и есть – шов разошелся… оставь мне, я исправлю… И ешь как следует, а то какая война на голодный желудок? Слышал, что Крага говорила? – день вас не покормим, два – так вы и копья поднять не сможете.
Уника, конечно, лукавила – кверху пузом на дневке никому отдыхать не придется.
Недобрая заря вползла на небосклон. Никто не может остановить ход Дзара; даже Великой Матери он не подвластен – и теперь остается только крепче держать оружие.
Для стоянки Бойша выбрал крепкое местечко – одну из первых рощиц, предвестниц грядущего лесного моря. И от реки близко; и деревья стоят густо – не везде диатрима и сунется. Подроста, правда, маловато – но да уж как есть.
Мужчины составили круг. Выставили ратовища. Наспех ладили треноги, чтобы подхватить неподъемную жердину сразу как приспеет. Готовили новые стрелы – их в бою много не бывает. Настоящие боевые на карликов можно не тратить, сойдут и охотничьи, поплоше.
Диатриты не замедлили появиться, должно быть их дозоры всю ночь не выпускали людей из вида. Недаром Ромар и Матхи предупреждали, что приступа следует ждать сразу после рассвета. Коротышки ударили, едва день вступил в полную силу – и сами били в полную силу тоже.
Степь всколыхнулась, ожила, потекла живыми волнами. Оцепен
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51