Вор. С натуры
r>Судили, рядили, спорили. Бойша не препятствовал. Понимал – нужно роду выговориться. При таких делах невысказанное слово горькой обидой становится.
Долго гудел народ. Препирались мало не дотемна, пока не погнал вождь людей за водой.
Ушли, растворились в полумраке. Таши нес на плече здоровенную долбленку. Тяжело, но зато воды много влезет. В селении каждая капля на счету. Вместе с Таши шло еще десятка три воинов; такой поход теперь – дело для настоящих мужчин. Колдуны сказали, что в округе шастает немало карликов. Ловить их по кустам до самого утра можно. Правда и они на десяток вооруженных человек не попрут. А ежели увидят безоружных, да еще и женщин – запросто порезать могут. Так что теперь каждый шаг за городьбу – под охраной.
Оскальзываясь на оголившемся дне люди спустились к ручейку, что покуда струился меж мертвых берегов. И здесь их ждал новый удар. И прежде вода была нечистой, застоявшейся в лужах и омутах, но теперь неширокая полоска воды столь явно смердела гниющей тухлятиной, что люди невольно попятились, зажимая носы. Пить это было нельзя, никакой уголь не поможет.
Замерли в оцепенении. Как же так? Вчера еще была вода! Пусть грязная, но не такой же яд!
– А не карлики ли это нам подстроили? – еле слышно процедил сквозь зубы Мугон. – Ну?ка, пройдемся на шаг повыше, посмотрим, что там приключилось.
Идти пришлось не то чтобы очень долго, но в темноте дорога показалась бесконечной. Ручеек лениво извивался по бывшему речному дну, распадался на отдельные струйки, разливался лужами и озерками. Местами путникам грозили ямы, наполненные стоячей водой… Не лучшее место для ночного похода – оголившееся речное дно.
И все?таки, нашли причину несчастья, не глазами нашли, а возмущенным обонянием.
В одном из мест, где вода образовала стоячий затон, в нос идущим ударила такая струя вони, что сразу стало ясно, что тут и есть источник заразы.
Неподвижная вода тускло отблескивала в изредка прорывавшихся сквозь облака лучах луны, и хотя этого света было недостаточно, чтобы как следует видеть, но и того, что удалось рассмотреть, было достаточно. Темными грудами торчали из водной глади притопленные овечьи туши, громады забитых диатрим и чуть ли не тела самих диатритов.
Так вот куда дели коротышки чудовищную добычу первого дня! А люди?то гадали: неужто диатритам удалось слопать такую прорву мяса? Тут, какой утробистый ни будь, а столько не заглотишь.
И тут в стороне раздалось чириканье карликов. Весело переговариваясь, они волокли еще какую?то гадость. Встали на краю озерца, раскачали в четыре руки и швырнули что?то в воду – кажется убитую пять дней назад собаку.
Первым пришел в себя Тейко. Одним могучим прыжком он вырвался из вязкого ила на твердую корку пересохшего дна и бросился за шарахнувшимися недомерками. Следом кинулись остальные молодые парни – чуть не десяток человек. У кого?то в руке появился факел – с одной искры разгорелся! – от него разом подпалили еще пяток. Тейко к тому времени догнал
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51